Если в окопах от страха не умру...

— песня, ставшая популярной в ходе Второй мировой войны как у немецких солдат, так и противостоящих им солдат союзных армий. Слова песни появились в годы Первой мировой войны. Их автором был учитель Ханс Лайп — , сын портового рабочего из Гамбурга, впоследствии известный поэт и художник. Стихотворение он сочинил в начале апреля г. Стихотворение впервые было опубликовано в поэтическом сборнике в г. Впервые музыка к стихам Ляйпа написана Рудольфом Цинком в г.

Теребовлянська"Ниви" не зуміла перемогти"Покуття"

Сорок восьмой дом Эта история произошла на севере нашей страны в военном городке со мной и моими друзьями, когда нам было лет по одиннадцать. Отцы ходили в море на атомоходах, матери ждали их на кухнях, ну а дети по большей части были предоставлены сами себе. Городок, повторюсь, это военный гарнизон, расположенный за полярным кругом в Мурманской области.

А в песне поется о солдате, который отправляется на фронт не тебя, Лили Марлен. Если в окопах от страха не умру, если мне.

Вследствие этого, а также из-за сухости во рту голос становится сиплым, глухим, а иногда и пропадает. Из учебника психологии Шекспир назвал страх"самым низким из всех низких чувств". Но будь человек начисто лишен его, он вряд ли мог выжить. Чтобы проверить, нормальны ли реакции грудного ребенка, его близко подносят к какому-нибудь массивному предмету: Страх - как сигнальная лампочка - предупреждает об опасности и, как писал Монтень,"окрыляет нам пятки" или, напротив,"сковывает ноги".

Если в первом случае его воздействие на организм благотворно, а иногда и спасительно, во втором чувство страха может повлечь за собой нарушение кровообращения, деятельности пищеварительного тракта и даже гормональной системы. Например, известны случаи, когда страх перед не желательной беременностью приводил к прекращению месячных. Но это еще"цветочки".

То, чему не учат в школе. Методы борьбы со страхом. Друг или враг успеха. Давайте сначала, о хорошем. Именно благодаря страху мы сегодня живы. Именно благодаря страху наши предки спасались от врагов, хищников, природных катаклизмов.

тебя, Лили Марлен. Если в окопах от страха не умру, если мне снайпер не сделает дыру, если я сам не сдамся в плен, то будем вновь.

Проза войны Эту женщину я не мог, не имел права забыть. Но потом отмеченные кровавыми боями последние годы войны, трудные походы по чужим землям, ранение, госпиталь, возвращение в разоренную врагами родную станицу, потеря близких, дорогих моему сердцу людей стерли, размыли в памяти образ этой женщины, и черты ее забылись, словно растаяли в белесой пелене утреннего тумана над захолодавшей осенней рекой И вот однажды в древнем прикарпатском городе, куда я приехал по просьбе старого фронтового друга, мне вдруг вспомнилось все, что я знал о женщине, которую не смел забыть.

Каждое утро, до восхода солнца, я выходил на прогулку: Там, на вершине холма, присев на железную скамью, я любовался старым городом. Неподалеку от скамьи, на которой я обычно сидел, рос раскидистый клен, а у клена белела ноздреватая, источенная дождями каменная ниша. В нише стояло изваяние мадонны с младенцем на руках. И мадонна и пухлощекий ее младенец были ярко и грубо раскрашены масляной краской.

На темноволосой голове мадонны красовался серый от пыли восковой венок, а у ног ее, на каменном карнизе, постоянно лежали свежие, обрызганные водой живые цветы: На вершине Княжьей горы они появлялись раньше меня, клали цветы к подножию мадонны и, прижавшись друг к другу, подолгу стояли молча. Чаще всего я видел лишь их согбенные спины и низко опущенные седые головы.

Может, они потеряли любимого сына или, скошенная неизлечимой болезнью, умирала их единственная дочь?

Забытые в окопах

Дали буря вие или сняг вали, дали слънцето ни се усмихва Денят-горещ или нощта студена Прашни са ни лицата, но весели сърцата Да, сърцата! Нашият танк напредва с щурмовият вятър. С гръмотевични двигатели, бързи като светкавици Към врага, прикрити в танка Пред другарите ни, в битката ние сме сами Да, ние сме сами Така забиваме дълбоко във вражеските редици Ако някой ден сме изоставени от измамливият късмет И вече не се завърнем вкъщи Ако смъртоносен куршум ни удари и съдбата ни извика Да, съдбата Тогава нека танкът е достойният ни гроб.

Има още 2 куплета обаче не съм ги чувал да ги пеят.

тебя, Лили Марлен. Если в окопах от страха не умру, если мне русский снайпер не сделает дыру, если я сам не сдамся в плен, то будем.

Многие, наверное, его видели, поэтому я скажу лишь буквально несколько слов. Фильм начинается с предвоенного года. Вилли Вилькия Бунтерберг в исполнении Ханны Шигулы , певичка без голоса и почти без слуха, никому не известная, искренне и глубоко любит талантливого швейцарского музыканта Роберта его роль играет Джанкарло Джанини , который часто бывает в Германии по делам организации, оказывающей помощь немецким евреям.

Война разлучает Роберта и Вилли. Песенка становится супершлягером всех фронтов Рейха. Но Вилли, явная фаворитка партийной верхушки, на самом деле ведёт драматическую двойную жизнь. Почти каждый вечер, нарядная и недоступная, она выступает на эстраде, а вот по ночам помогает спасать евреев, перевозить их из Германии в нейтральную Швейцарию.

Впрочем, она далека от политики, она лишь просто любящая женщина. Её возможности, её знакомства среди высших нацистских функционеров активно используются ее любимым… Однажды она согласилась передать откровенно антифашистские материалы, была поймана за руку гестапо, Роберта тоже арестовывают, её нацистские покровители узнают о её любви, но… но её нельзя просто так уничтожить, ведь она — надежда и утешение миллионов солдат вермахта, которые буквально спать ложаться с её голосом, которые любят её.

И Вилькию отпускают, но как певицы её фактически больше нет.

Потерянное поколение: «На Западном фронте без перемен» Э.М. Ремарка

Ты разве тоже не исчезла? Схожу куплю цветов и на могилку себе положу. Эх, Алена ты Алена Вечером ко мне придешь. Сейчас мне поплакать хочется.

я умру без страха Это нужно не мертвым, это нужно живым. Если надо, я умру без страха Если надо, я умру без страха Это нужно не мертвым, это окопы бронебойщиков, и вскоре два танка на рубеже.

У этой песни давняя и очень интересная история У этой песни давняя и очень интересная история. Она начинается в далёком году, в берлинской казарме, где среди прочих новобранцев ожидал отправки на Восточный фронт и некто Ганс Ляйп , двадцатилетний сын гамбургского портового рабочего. Казарменную скуку оживляли лишь периодические увольнения из части. Тогда-то Ляйп и познакомился с двумя берлинскими девушками, с которыми стал встречаться попеременно на этот счёт, впрочем, есть разные версии.

Одну из них звали Лили, а другую — Марлен. Однажды ночью, стоя на часах перед казармой, Ганс от нечего делать принялся сочинять стихотворение, посвящённое сразу обеим своим девушкам. При этом он ловко объединил их в одну — в Лили Марлен.

Страшный сон

С одним только не боролись — с невежеством. Предисловие к книге"Окопные стихи" М. Несмотря на то что у Юрия Белаша вышло всего два сборника стихотворений -"Оглохшая пехота" и"Окопная земля", имя его известно многим любителям поэзии, и особенно ветеранам минувшей войны, которые увидели в стихах поэта свою войну, и такую войну, какой она была в действительности, - жестокую, кровавую, тяжкую до невозможности. Так тяжело, что взвыл бы брянским волком!.. Однажды я назвал поэзию Юрия Белаша энциклопедией окопной солдатской жизни, и назвал, по-моему, вполне справедливо, потому как в сборниках"Оглохшая пехота" и"Окопная земля", дополненных подборкой в"Знамени" 12, , охвачены в полном смысле этого слова все перипетии и случаи жизни солдата на переднем крае.

Тут и безудачные бои сорок первого, и победные - сорок пятого, тут и бомбежки"лаптежников", тут и страшные рукопашные бои, и горестные отходы, тут и"запасной" полк, тут и госпитали, тут и

У фонаря когда-нибудь Мы встретимся — ты не забудь, — Как встарь," Если в окопах от страха не умру, если мне снайпер не сделает.

Ганс Лейп, Оригинал! , .

«Артиллеристы, Сталин дал приказ!» Мы умирали, чтобы победить (2)

Рядом с казармой, У больших ворот, Лился свет фонарный - Фонарь все там же тот Наши тени слиты В свете фонаря, Нами все забыто И здесь лишь ты и я. Только стихает беспощадный бой, Сразу возникаешь Ты передо мной Из траншей разбитых, Из небытия, Много раз убитый, Возвращаюсь я Вот какой, так сказать, перевод предлагаю я поклонникам этой замечательной песни.

«А нет ли у вас какой-нибудь волшебной таблеточки от страха что их оболванили какие-то там гипотетические «попы», наврав им и одурманив им голову, а потому, что в окопах атеистов нет! И вы сделайте для себя хоть что-нибудь, если не знаете, что делать. .. Умрешь – и что будешь делать .

Дмитрий Петров - Аксенов Но он, судя по ряду свидетельств, не прервал их приятельство. В опубликованной в"Известиях" статье"На памятник" приводится рассказ Виктора Ерофеева о том, что в году Аксенов"с Бродским проехались по всей Америке". Были у них и общие друзья. Например - Высоцкий, мама которого Нина Максимовна в альманахе"Мир Высоцкого" пишет, как в архиве"нашла две книжечки Бродского, которых раньше не видела.

Одна - подписанная Михаилу Козакову, вторая, по-видимому, Василию Аксенову". Последний раз Высоцкий и Бродский виделись в году. Что же, Бродский не считал, что сделал Аксенову"много плохого в жизни"? Как бы то ни было, Аксенов не только пересмотрел личные отношения с Бродским, но и свое отношение к нему как к литератору.

В статье"Крылатое вымирающее" в"Литературной газете" от 27 ноября года он пишет, что Бродский"середняковский писатель, которому… повезло, как американцы говорят, оказаться в верное время в верном месте". В местах не столь отдаленных он приобрел ореол романтика и наследника великой плеяды. А в дальнейшем с удивительной для романтика расторопностью укрепил и"продвинул" свой миф.

Происходит это в результате точного расчета мест и времен, верной комбинации знакомств и дружб. Стереотип гениальности живуч в обществе, где редко кто, взявшись за чтение монотонного опуса, нафаршированного именами древних богов, дочитывает его до конца. Со своей свеженькой темой о бренности бытия наша мифическая посредственность бодро поднимается, будто по намеченным заранее зарубкам, от одной премии к другой и наконец к высшему лауреатству…" Этот текст не назовешь дружественным Бродскому.

стихи о разном

Главная О нас Контакты Карта сайта Ссылки Наши авторы Подписка Служба поддержки Атеистов не бывает в окопах под огнем и в других местах тоже Процессы метафизических размышлений устроены сложнее, чем представлялось до сего дня. В то время как воинствующие атеисты вроде Ричарда Докинса убеждены, что Бога нет, Бог, если Он существует, весьма удивится - ведь и атеистов не существует тоже.

Ученые, занимающиеся когнитивными процессами, находят все больше оснований считать, что склонность к метафизике глубоко укоренена в мыслительных процессах человека и не может быть окончательно сведена на нет. Эта идея может показаться многим чуждой. В конце концов, не так уж трудно прийти к мысли, что Бога нет. Правда, наука все больше склоняется к мысли, что наши убеждения не являются нашими собственными решениями.

Если в окопах от страха не умру, если мне снайпер не сделает дыру, если я сам не сдамся в плен, то будем вновь крутить любовь с тобой, Лили Марлен .

Если в окопах от страха не умру, Если мне снайпер не сделает дыру, Если я сам не сдамся в плен, То будем вновь крутить любовь С тобой, Лили Марлен, С тобой, Лили Марлен. Есть ли что банальней смерти на войне И сентиментальней встречи при луне? .

Лили Марлен - Schlager «Lili Marleen» auf der Gitarre (a tempo) accelerando

Жизнь вне страха не просто возможна, а абсолютно доступна! Узнай как полностью избавиться от страха, кликни тут!